Пользовательского поиска




предыдущая главасодержаниеследующая глава

После рождения

В сформированную к моменту рождения систему половой дифференциации теперь включаются средовые влияния. Строго говоря, они включаются раньше. Уже на последних месяцах беременности плод отличает голос матери от других голосов, звук ее сердцебиения от сходных ритмических звуков, по-разному реагирует на разную музыку и т. д. Это установлено в большом количестве специальных экспериментов и обосновывает необходимость как можно более раннего и более тесного контакта новорожденного с матерью, который имеет не только эмоциональное, но и телесное, биологическое значение. Однако, как он сказывается и сказывается ли на психосексуальной дифференциации, пока неясно.

Следуя нашей модели, проследим прежде всего дальнейшее развитие сложившихся к моменту рождения структур.

Гормональные системы. До сравнительно недавнего времени считалось, что до начала полового созревания уровень гормональной секреции существенно не изменяется. В этом видели биологическое обоснование мнения об асексуальности ребенка. Однако исследования последних десятилетий, в частности проводящиеся в НИИ физиологии детей и подростков АПН СССР, показывают, что это не так. У новорожденных уровень содержания гормонов в крови может превышать таковой у взрослых. Это происходит за счет материнских гормонов и проявляется в специфических реакциях со стороны половых органов (у девочек могут быть и выделения крови из влагалища) и молочных желез как у девочек, так и у мальчиков. По мере установления гормонального равновесия эти реакции исчезают.

Регуляция эндокринной секреции до года происходит примерно так, как это было во внутриутробном периоде, в 1-3 года - на уровне биогенных аминов, а после 3 лет возрастает центральная регуляция, обеспечивающая более совершенную синхронизацию деятельности эндокринной системы. Критические периоды этого развития приходятся на возраст 6 месяцев, 1, 3 года и 5 лет. Формирование гонадной секреции начинается примерно с 5 лет. В это время у мальчиков соотношение отдельных гормонов близко к таковому у взрослых мужчин, а в 6 лет отмечается подъем уровня тестостерона. Секреция биогенных аминов, стимулирующих процессы жизнедеятельности, регенерации и роста, обнаруживает четкий половой диморфизм: например, катехоламиновые пики приходятся у девочек на возраст 5-6 и 9 лет, а у мальчиков - 6-7 и 10-11 лет. Если до 9 лет различия в показателях физического роста у мальчиков и девочек несущественны, то с 9-10 лет нарастание массы тела и окружности грудной клетки, а с 10-11 лет и длины тела у девочек больше, чем у мальчиков.

К концу препубертатного возраста возрастает роль центральной регуляции эндокринной деятельности, увеличивается значение биогенных аминов, повышается эффективность функциональных связей гипоталамуса с вышележащими структурами мозга.

В период полового созревания происходят решающие перестройки в функционировании гипоталамо-гипофизарно-гонадно-адреналовой системы, возрастает гормональная функция половых желез, и к концу его функционирование так называемого гонадостата приближается к таковому у взрослых.

По данным А. И. Белкина, секреция гормонов тесно связана с деятельностью, интересами, активными личностными установками.

Половая дифференцировка мозга. Она включает в себя возрастную динамику формирования и функционирования так называемых половых центров, пока не получившую детального анализа возрастную динамику становления парного функционирования полушарий и его полового диморфизма (на общих данных об этом мы останавливались выше), а также становление высших психических функций. С половым диморфизмом дифференцировки мозга связывают формирование и динамику ряда половых различий психики, а также особенности восприятия средовых полотипизирующих влияний.

Морфология тела. В раннем возрасте знакомство с морфологией своего и противоположного пола, их сопоставление являются составной частью и условием формирования образа "физического Я" (телесной идентичности). К 5-6 годам телесная идентичность становится необратимой, а ранее у ребенка еще возможны представления об изменении половых органов.

Второй кризисный период телесной идентичности приходится на подростковый возраст. Он характеризуется реорганизацией образа "физического Я". Это психологически сложный процесс, нередко приобретающий тревожную окраску в связи с самими физическими изменениями своего тела, их темпом, маскулинным или фемининным направлением. С завершением пубертатной перестройки телосложение в основных чертах стабилизируется на взрослом уровне.

Средовые влияния. Их значение обнаруживается даже в этологических исследованиях. Классические эксперименты Г. Харлоу и его сотрудников с обезьянами, выполненные на собаках исследования В. В. Антонова и М. М. Хананашвили показывают, что животные, в раннем возрасте лишенные необходимых средовых влияний (прежде всего контакта с матерью и сверстниками), в последующем не способны ни к адекватной коммуникации, ни к спариванию, ни к родительскому поведению. Об этом же говорит и изучение "брошенных детей": они испытывают больше трудностей в социальной адаптации и чаще, чем это бывает у выросших в благополучных семьях, ощущают дефицит чадолюбия и родительских чувств.

Уяснить содержание и природу половых различий можно, лишь задавшись вопросом о том, что в них не зависимо или зависимо от среды, что в среде и культуре способствует закреплению и развитию одних врожденных программ и свертыванию других, какие влияния среды приводят к более или менее самостоятельным результатам.

Общая схема средовых влияний показана на рисунке. Первые этапы взаимодействия ребенка со средой обеспечиваются в семье, а с возрастом в это взаимодействие все больше включаются и другие факторы половой социализации. Ни одно из этих влияний не выступает совершенно изолированно от других, само по себе, всегда прямо или косвенно отражая особенности психосексуальной культуры.

Психосексуальная дифференциация и ее основные детерминанты
Психосексуальная дифференциация и ее основные детерминанты

Большинство современных культур маскулинно ориентировано. Дж. Ганьон иллюстрирует это анализом американской литературы для детей в 1965-1971 гг. Соотношение мужских и женских персонажей составило в изображении людей 11:1, животных - 95:1, в заголовках - 8:3. 75% главных героев книг для детей 2-6 лет, выпущенных в 1971 г. в Калифорнии,- это мужчины. При анализе 2760 рассказов в 134 сборниках соотношение мужских и женских персонажей составило в детских книгах 5:2, в взрослых - 3 : 1, в биографиях - 6:1, в историях о животных - 2:1.

Восприятие влияний маскулинно ориентированной культуры отражается и в детских рисунках. По данным Е. Браун, в раннем детстве девочки, как и мальчики, при просьбе нарисовать человека рисуют фигуру своего пола, но по мере взросления все чаще переходят к рисованию мужской фигуры. Мы проверили это заключение, проанализировав более 1000 рисунков детей 5-15 лет: мальчики во всех возрастах рисовали мужскую фигуру, тогда как 84% девочек 5-7 лет - женскую, а 78% 14-15-летних - мужскую. Однако однозначные выводы из этих чрезвычайно, казалось бы, демонстративных результатов были бы опрометчивы, так как, по данным Т. И. Юферевой и А. М. Прихожан, в "образах будущего" у девочек-подростков представления о муже занимают гораздо большее место, чем представления мальчиков о жене; значение этого факта усиливается и опережающим созреванием девочек по сравнению с мальчиками.

Хронологически первым этапом психосексуальной социализации является социализация в семье. Культурные стереотипы и собственный опыт подсказывают родителям, каким должен быть мальчик и какой девочка. Считается, что родители более определенно отождествляют себя с ребенком своего пола и хотят быть моделью для него. На общение с детьми более или менее явно переносится стиль отношения между полами, так что отношение отцов к дочерям - это всегда немного отношение как к маленьким женщинам, а матерей к сыновьям - как к маленьким мужчинам. В свободном, неофициальном общении мужчина скажет о жене и дочери "мои женщины" или "мои девочки", а женщина о муже и сыне - "мои мужчины" или "мои мальчики". Р. Грин, суммировав данные многих исследователей, показал, что поведение родителей с сыновьями и дочерями различается и по менее осознаваемым параметрам, например по интенсивности телесного контакта, тону обращенной к ребенку речи и т. д.

Решающее значение в половой социализации принято отводить матери, проводящей с детьми больше времени. Однако все чаще подчеркивают, что роль матери и отца не может определяться количественной меркой "больше - меньше". М. Табер, к примеру, показал, что дети реагируют не просто на поведение родителей, а на их поведение в связи с полом, и допустил, что роль отца (особенно для мальчиков) может быть не только не меньшей, но и большей, чем роль матери; решающая роль принадлежит все же отношениям.

Особый канал половой социализации в семье связан с сексуальным поведением. Укажем лишь на самые общие моменты, с тем чтобы без риска повториться проанализировать эти моменты в контексте возрастного развития. Первый из них связан с тем, что даже самые сдержанные родители так или иначе демонстрируют своим поведением отношения мужчины и женщины: забота, прикосновения, объятия, поцелуи, легкие эротические реакции и т. д. Второй момент поначалу выглядит неожиданным. Р. Грин, Р. Уикс и другие исследователи интересовались развитием детей в необычных семьях, где родители были представлены мужскими или женскими гомосексуальными парами либо парами, один из членов которой хирургическим путем менял свой пол. У всех детей формировалось свойственное большинству людей гетеросексуальное влечение. Направление сексуальной ориентации, стало быть, не передается генетически и не зависит от сексуальной ориентации родителей. Окончательных объяснений пока нет. Но можно допустить, что, во-первых, имеют значение врожденные (хотя и не наследственные) причины, которые проявят себя в более позднем возрасте, а во-вторых, дети воспринимают не недоступное пока их пониманию содержание сексуальной ориентации и психосексуальной идентичности родителей, а содержание и стиль их отношений.

Третий момент, связанный с отношением взрослых к проявлениям сексуальности у детей, мы рассмотрим на примерах проведенного нами исследования. И мужчины, и женщины воспринимали детскую сексуальность как нечто, присущее лишь мальчикам и безусловно отрицательное, .хотя и проявляющее себя не так сильно и активно, как взрослая сексуальность. В оценке и мужчин, и женщин детская сексуальность связывалась, в отличие от взрослой, с представлениями о болезни, которая пугает, вызывает чувства стыда и брезгливости.

Оценивая семью как фактор психосексуальной социализации в целом, отметим, что, 1) хотят того родители или нет, они неизбежно влияют и на психологическое, и на сексуальное развитие детей; 2) семья влияет на ребенка через систему отношений: родителей между собой, каждого из них и обоих вместе с ребенком; 3) успешность влияний семьи существенно зависит от степени согласованности их с существующими у ребенка врожденными особенностями маскулинности-фемининности; 4) семья служит своего рода преломляющим восприятие фильтром на путях вхождения ребенка в психосексуальную культуру.

Роль сверстников в психосексуальной дифференциации может быть оценена в двух аспектах. Первый - он упоминается чаще - состоит в том, что независимо от социального положения, расы, религии, наличия и отсутствия в школе курса полового воспитания 90% детей узнают о различии полов и сексуальности от сверстников и друзей. Информация, предоставляемая сверстниками, столь же неточна, сколь откровенно-натуралистична, но взрослым редко удается проникнуть в потаенную, развивающуюся и существующую по своим законам психосексуальную культуру детства, а тем более эффективно повлиять на нее. В этой культуре есть свой язык - сексуальный фольклор, который даже необходим для нормального развития ребенка. Второй аспект обсуждается реже, но значение его для детского развития не меньше. В среде сверстников ребенок испытывает себя как представитель пола, "обкатывает" полученные в семье полоролевые стереотипы и корректирует их в самостоятельном, не регламентируемом взрослыми общении. В детской среде, особенно дошкольной, полоролевое поведение становится одним из главных параметров оценки ребенка, а обращение детской компании прежде всего к эмоциям, а не к рассудку оказывает сильное воспитательное влияние. Недооценивать его, а тем более конфликтовать из-за него, - значит, многое в воспитании непоправимо упускать.

Воспитатель не только больше или меньше, лучше или хуже, предвзято или свободно оценивает культуру и ее влияние на психосексуальное развитие. Он сам - часть этой культуры, ее дитя, продолжающее и перерастающее ее. И одновременно он - дитя природы. Профессиональные задачи выдвигают перед ним не задачу поиска "золотой середины" (между природой и культурой), а задачу построения "золотого сечения", совершенного благодаря своей асимметричности. Далеко не в последнюю очередь это касается поиска воспитателем своего места в психосексуальном воспитании новых поколений. Требования к маскулинности мальчиков в целом жестче, чем к фемининности девочек, и мальчики в процессе психосексуальной социализации испытывают большее средовое давление. В последние десятилетия наметились довольно тревожные сдвиги в этой области. Жесткость требований к маскулинности мальчиков обрела преимущественно декларативный характер. Мальчик в ходе феминизированного воспитания переходит из одних женских рук в другие (мать - воспитательница - учительница - женщина-начальник), и, какими бы ни были призывы воспитания, сколько бы мальчик ни слышал от женщин, каким должен расти мужчина, он воспитывается прежде всего как "удобный в обращении" для женщин. Жесткость требований к маскулинности растет параллельно с социальными барьерами на путях маскулинизации, создавая мощный эмоционально-когнитивный диссонанс, способствующий либо полоролевой растерянности, либо утрированно-маскулинным полоролевым ориентациям. В связи с этим требования к фемининности девочек прогрессирующе уменьшаются, в диапазон их полоролевых ориентаций все больше и больше включаются маскулинизированные стереотипы поведения взрослых женщин. Наконец, сопряженные со многими трудностями отношения мужчин и женщин проецируются не просто на отношения мальчиков и девочек, а на усвоение детьми дисгармоничных, потенциально конфликтных установок маскулинности-фемининности. В связи со всем сказанным свойственные массовому сознанию последнего времени метания между крайними мнениями о феминизации мужчин и маскулинизации женщин едва ли можно признать корректными, а тем более воспитательно-продуктивными. Дело не в том, что такие крайние мнения объективно существуют, но в эмоциональной окраске их обсуждения. Изменения стереотипов маскулинности и фемининности одинаково трудны и для мужчин, и для женщин. Уменьшить эти трудности можно, лишь изменяя отношения, а не осуждая людей. Кто как не педагог больше и лучше других должен чувствовать и понимать, что фронтальная атака на явление оборачивается атакой на личность, а наиболее эффективные пути воспитания пролегают через помощь личности, тем более развивающейся в ее свободной и позитивной самореализации!

Половые роли/идентичности. Их формирование - один из ключевых вопросов психосексуальной дифференциации. Существует несколько теорий, отражающих различные стороны этого процесса.

Теория моделирования восходит к взглядам З. Фрейда, согласно которым ребенок, не осознавая этого, идентифицирует себя с родителем своего пола и имитирует его поведение. Позже моделирование стали связывать с имитацией поведения не только родителей, но и других людей. Самый сильный довод в пользу этой теории - тот, что дети действительно чаще ориентируются на взрослых своего пола и, игнорируя моделирование, невозможно понять и другие механизмы полоролевой дифференциации. Однако остается неясным, почему все-таки дети предпочитают идентификацию с тем или иным полом.

Познавательная теория утверждает, что ребенок сначала воспринимает себя как мальчика или девочку, затем узнает о связанном с полом поведении и стремится вести себя соответствующим образом.

Теория социального научения придает решающее значение механизмам поощрения-порицания: мальчиков поощряют за маскулинное и порицают за фемининное поведение, а девочек - наоборот.

Слабое место последних двух теорий состоит в том, что многие различия в поведении мальчиков и девочек не являются результатом обучения и научения*, а нередко формируются и вопреки им.

* (В отличие от обучения, опирающегося на познавательные механизмы, научение - процесс и результат приобретения индивидуального опыта, опирающиеся на неосознаваемые, эмоциональные механизмы, См.: Краткий психологический словарь. М., 1985. С. 201.)

Языковая теория исходит из того, что, говоря или понимая речь, человек производит соответствующее речевой модели действие. Как заметил В. Шкловский, многие вещи не возникли из-за невозможности их назвать. Согласно этой теории, воспринимаемая ребенком информация (не только речь, но и музыка речи - тон, тембр, ритмика, и язык жестов и прикосновений) сигнализирует ему о его половой принадлежности и влияет на выбор объекта для моделирования и реакции на обучение и научение. С учетом того, что на ранних этапах развития ведущую роль играет правое полушарие мозга, обеспечивающее целостное и неосознаваемое восприятие информации, степень правдоподобия этой теории надо признать достаточно высокой.

Стадиальная теория подчеркивает не собственно механизмы половой дифференциации сознания, а закономерности ее развития во времени: сначала усвоение стандартов социального поведения и обучение полоспецифическому поведению, затем сопоставление себя с другими людьми, осознание необратимости своего пола и следование "правилам пола" уже по внутренним, интериоризованным, а не внешним мотивам.

Интеграция этих теорий в единое представление едва ли возможна без учета того, что ребенок входит в жизнь с определенными врожденными программами развития и психофизиологическими половыми различиями. Справедливо полагать, что с ними связано восприятие ранней информации (языковая теория), способствующее формированию первичной половой идентичности, которая затем направляет моделирование, влияет на восприятие обучения и научения. В динамике этого развития осваиваются и интериоризируются половые роли, к 5-6 годам образующие единую с половой идентичностью систему "роль/идентичность". В дальнейшем половые роли и половые идентичности функционируют в системе обратных связей, подкрепляя и компенсируя друг друга.

Сексуальные роли/идентичности, эротические ориентации. Этот аспект психосексуальной дифференциации можно сравнить с овладением чтением. Знание букв-еще не умение читать, тем более не потребность в чтении как таковом или знакомстве с литературой.

Отдельные сексуальные реакции возможны уже с начала жизни, и круг их постепенно расширяется. Доставляемые ими ощущения подкрепляют или блокируют самостоятельное экспериментирование с телом. Для самого ребенка это еще не окрашено собственно сексуальным значением, как и многие моменты игрового поведения. Оно формируется постепенно под влиянием реакций взрослых - прямых или опосредованных сверстниками, расширяющегося круга общения и познавательных - внутренних и средовых - возможностей. Постепенное усвоение алфавита - физиологического и социального - сексуальности включает в себя усвоение направленности сексуального поведения на определенный объект, расширение возможности переживания ощущений и простых эмоций до творческой их переработки в фантазии, мечты, сновидения и т. д. Критическим для формирования сексуальной направленности является период полового созревания. Подробнее на формировании сексуальной ориентации мы остановимся в главе, посвященной подростковому возрасту.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






Чем уникальна система обучения в Люксембурге

В 2017 г. приемные кампании пережили 'самую глубокую демографическую яму'

Учеба за границей: особенности образования в неторопливой Дании

Три российских вуза попали в рейтинг 200 лучших университетов Европы

«Яндекс» бесплатно готовит к ЕГЭ

Отложенная взрослость: Как изменились пятиклассники за 50 лет

Десять вузов РФ вошли в топ-500 глобального рейтинга университетов RUR



Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru