Пользовательского поиска




предыдущая главасодержаниеследующая глава

Сексуальная революция

Выражение "сексуальная революция" трудно признать удачным, так как за ним видятся анархия, направленность на переворот в сфере норм и законов сексуальной жизни, воспринимаемые в силу рассмотренных выше причин как посягательство на основные нравственные ценности. На самом деле никто из сексологов не ставит перед собой такие цели, не разрабатывает "революционные" программы и т. д.

Поскольку все же выражение "сексуальная революция" имеет достаточно широкое хождение, педагогу важно понять его истинный смысл, а не шарахаться от него, как черт от ладана. Сексуальная революция - это борьба против различных форм двойного стандарта, предписывающего мужчинам и женщинам разные нормы поведения, против сексизма - сексуальной дискриминации женщин, а также мужского шовинизма, предполагающего исключительность мужчин как существ высшего по сравнению с женщинами порядка. Двойной стандарт окрашивает отношение к полу не только мужчин, но и женщин. Примером этого может служить так называемый эмансипационный экстремизм, когда женщины, борющиеся за равноправие, понимают его не как равные по значимости права разнополых партнеров, а как необходимость "догнать и перегнать" мужчин в традиционно мужских формах поведения. Крайности часто смыкаются, так что эмансипационный экстремизм на деле обернулся дискриминацией: по данным 1989 г., 93% женщин у нас в стране работают, имея возможность уделять воспитанию детей в среднем 17 мин в сутки; 270 тыс. женщин трудятся на физически изнурительных работах, 65 тыс.- на трудоемких путейных работах, 4 млн.- в ночные смены; в торговле же - этой вроде бы "женской" специальности - 80 % составляет тяжелый немеханизированный труд при суточной норме поднятия тяжестей для женщины в 7 тонн (!). Конечно, женщины по необходимости в тяжелые для страны времена брали на себя многое (вспомним частушку военных времен: "Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик"), но едва ли стремились к тому, чтобы это стало нормой их жизни. Но - стало! И как подчеркивает социолог А. И. Антонов, за одно-два поколения люди привыкают к тому укладу жизни, который пусть даже и навязан им извне, начиная считать его нормой и избегать изменений: только 9% москвичек ответили утвердительно на вопрос, хотели бы они заниматься детьми и домом, если бы им сохранили зарплату. Резонанс эмансипационного экстремизма как видоизмененного продолжения "двойного стандарта" производит, по признанию многих специалистов (врачей, юристов, социологов, демографов, психологов, педагогов), разрушительные эффекты в самых разных сферах жизни.

Сексуальная революция не должна превращаться в социальный погром. Это борьба за равные для мужчин и женщин возможности самораскрытия, реализации своих специфических потенциальных возможностей. Применительно к социальным отношениям идеи сексуальной революции преломляются в демократизации отношений мужчин и женщин, но даже она прокладывает себе путь не всегда безболезненно и легко.

Еще больше трудностей возникает в узком, собственно сексуальном ее понимании. Происходит интенсивное переосмысление значения пола и сексуальности, их места и роли в жизни. Обобщая процессы этого переосмысления, С. И. Голод в книге "Стабильность семьи: социологические и демографические аспекты" выделяет:

1. Понимание несводимости супружеской сексуальности исключительно к деторождению. Эта несводимость, недавно еще воспринимавшаяся как "безнравственность" или "патология", сегодня становится нормой.

2. Обретение сексуальностью одинаково существенного значения для мужчин и женщин, выходящего за пределы брака, рассматриваемого в новой системе ценностей и отношений. Характер, выраженность и значение этих изменений С. И. Голод определяет как революционные. Остро актуальной при этом становится проблема поиска критериев нравственности повседневного поведения людей в области пола и сексуальности.

3. Изменяются соотношения матримониального, прокреативного и сексуального поведения.

Они становятся более самостоятельными: брак не обязывает к рождению детей, которых можно иметь и вне брака, а сексуальные отношения выходят за рамки семьи и не служат исключительно деторождению.

В рамках этого переосмысления сексуальность теряет свою упрощенно-одиозную однозначность, несостоятельность которой показывал еще З. Фрейд, и рассматривается в контексте реального поведения, переживаний существующей, а не схематичной личности. С точки зрения анатомии и физиологии половая близость - это всегда одно и то же. Но она ведь может определяться разными мотивами, скрывать за собой разные личностные смыслы, будучи средством: 1) выражения любви; 2) разрядки сексуального напряжения и релаксации; 3) деторождения; 4) отдыха; 5) получения чувственного удовольствия; 6) познания, удовлетворения любознательности и любопытства; 7) общения, ибо физическая близость содержит в себе момент глубокой и доверительной интимности; 8) самоутверждения, проверки своих возможностей; 9) эмоциональной компенсации за неудачу в каких-то других сферах жизни; 10) достижения несексуальных целей и 11) проявления привычки, данью необходимости.

При всей своей прогрессивности рассмотренные революционные изменения несут с собой и немало проблем. Потребности в новых отношениях между полами опережают способность людей к установлению, поддержанию и развитию этих отношений, которые к тому же постоянно корректируются жизненной практикой. По мере динамики НТР с присущими ей миграцией населения и "взрывом" влияния средств массовой информации сужается сфера действия традиционных норм отношений полов. Возникают сложные коллизии взаимодействия "традиционного" и "нового", благодаря которым психосексуальные стандарты и ценности могут разительно измениться на протяжении жизни даже одного поколения. В половой социализации, а тем более в половом воспитании растет удельный вес сознательного, нравственно и научно обоснованного проектирования личности мужчин и женщин. Это отвечает психолого-педагогическому принципу, выдвинутому еще А. С. Макаренко: строить обучение и воспитание на основе проектирования личности каждого ребенка.

Сексуальная революция XX в.- процесс противоречивый и неоднозначный. Оборотной стороной индивидуализации отношений, в том числе и отношений психосексуальных, является их дегуманизация. Но это не фатальная неизбежность. Решающая роль в балансировании этих процессов принадлежит обществу с его образом жизни и предлагаемыми личности ценностными ориентирами. Поэтому вопросы, связанные с психосексуальным развитием и бытием человека, являются предметом идеологических дискуссий.

Все это не только стимулирует развитие научной сексологии, но и расширяет ее роль, а стало быть, и ответственность в решении возникающих проблем. Но сексология не претендует на абсолютное знание.

Здесь уместно вспомнить мудрые слова Ж. Дюамеля: "Допустить в принципе, что разум не в состоянии всего объяснить,- значит заранее сложить оружие, отступить перед химерой. Но утверждать, будто разум может все объяснить,- значит насаждать от избытка самомнения новую разновидность невежества и варварства"*. Пути практического приложения научных данных сексологии определяются нравственными установками общества и человека.

* (Дюамель Д, Хроника семьи Паскье. М" 1974.)

предыдущая главасодержаниеследующая глава






Чем уникальна система обучения в Люксембурге

В 2017 г. приемные кампании пережили 'самую глубокую демографическую яму'

Учеба за границей: особенности образования в неторопливой Дании

Три российских вуза попали в рейтинг 200 лучших университетов Европы

«Яндекс» бесплатно готовит к ЕГЭ

Отложенная взрослость: Как изменились пятиклассники за 50 лет

Десять вузов РФ вошли в топ-500 глобального рейтинга университетов RUR



Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru